Одними из первых активных католических эсперантистов были литовец Александрас Дамбраускас (1860–1938) и француз Луи де Бофрон, упомянутый в предыдущей главе. Дамбраускас познакомился с эсперанто уже в 1887 г., будучи студентом духовной академии в Санкт-Петербурге. Он заказал у Заменгофа “Первую книгу” и с энтузиазмом приступил к изучению нового языка. Уже через неделю он написал Заменгофу открытку на эсперанто, не сделав при этом ни одной ошибки.
А. Дамбраускас — автор первого учебника эсперанто для литовцев, который вышел в свет в 1890 г. в Тильзите (Восточная Пруссия), откуда учебник контрабандой был доставлен в Литву, так как до 1904 г. царский режим запрещал издавать литературу на литовском языке. Даже Заменгоф, проживавший в российской тогда Варшаве (а с 1893 по 1897 гг. в Гродно), решился предложить эту книгу на продажу лишь тайным образом. «Из-за обстоятельств, которые Вам, видимо, знакомы (наши законы не разрешают литовские книги с латинским шрифтом) книга должна фигурировать в каталоге с пометой “Нет в продаже”», — писал он Дамбраускасу в 1896 г.
В 1893 г. Дамбраускас начал писать стихи на эсперанто и вскоре стал известен как “поэт католического движения эсперантистов”. Его поэтический сборник, изданный в 1905 г. — самый первый авторский поэтический сборник на эсперанто. Дамбраускас написал на эсперанто также две книги по математике и одну философскую работу под названием “Маленькие мысли о больших вопросах”. До своей кончины в 1938 г. Дамбраускас оставался верен эсперанто.
Луи
де Бофрон (настоящее имя Луи Шеврё) был
первым французским эсперантистом. Он изучил
язык в 1888 г. и тут же принялся активно пропагандировать
его. В 1892 г. он издал французский учебник
языка эсперанто, а затем различные словари,
грамматические справочники и информационные
брошюры.
Л. де Бофрон изучал лингвистику, философию и богословие. Он был доктором богословия и зарабатывал на жизнь частными уроками. В 1893 г. он издал свой “Краткий молитвослов для католиков”. С начала 1898 г. де Бофрон выпускал двуязычную газету (на эсперанто и французском) “L’ Espérantiste”. В этой газете де Бофрон всегда охотно помещал статьи католиков-эсперантистов. В 1908 г. Л. де Бофрон распрощался с эсперанто и всю свою энергию отдал языку идо, который он создал вместе с Л. Кутюра.
Дамбраускас и де Бофрон критически относились к религиозным идеям Заменгофа. Главным образом в газете “Российский Эсперантист”, они вели оживлённую полемику с Заменгофом о гомаранизме. Дамбраускас, будучи католическим священником, по своим внутренним убеждениям склонен был выдерживать дистанцию по отношению к другим конфессиям и религиям. С 1889 по 1895 гг. Дамбраускас находился в ссылке на севере России за то, что запретил католическим школьникам следовать приказу, обязывающему их посещать православный храм. Дамбраускас считал гомаранизм антихристианским, поскольку его догмы полагались более важными, чем учение Христа. Заменгоф отвечал ему, что гомаранизм никаким образом не способен никого оторвать от своей религии, а, напротив, поможет привести к Богу свободомыслящих людей. Своё открытое письмо Дамбраускасу, опубликованное в “Российском Эсперантисте” в мае 1906 г. Заменгоф заканчивает словами:
Вам, г-н Д., которого я знаю, как человека искренне и глубоко религиозного, так и священника душой и сердцем преданного Богу — Вам я задаю вопрос: Если бы Вы смогли обратиться к той великой духовной Силе, которую Вы называете “Богом”, и спросить Его, что Он предпочтёт: чтобы люди имели множество религий и поэтому взаимно ненавидели друг друга, и каждый бы говорил, что только лишь его религия верна, или же, чтобы все люди смогли построить такой “мост”, с помощью которого все религии постепенно слились бы в одну, а затем возвели бы общие храмы, в которых смогли бы по-братски разрабатывать общие идеалы и нравственные нормы, — что ответил бы на это Бог? Если Вы уверены, что Он предпочтёт первое, тогда сражайтесь против гомаранизма. Но если Вы полагаете, что Он выберет второе, тогда … не сражайтесь на нашей стороне (я понимаю, что как священник Вы не можете сражаться на нашей стороне, по крайней мере, сейчас). Но, сражаясь против нас, Вы воюете против воли Того, кому Вы всегда искренне и честно служили.Л. де Бофрон утверждал, что Заменгоф наивно верит, что гомаранизм несёт человечеству полный мир и счастье. Заменгоф отвечал ему:
Мы хорошо знаем, что гомаранизм не сделает из людей ангелов, также как и эсперантисты всегда знали это об эсперанто. Мы вовсе не надеемся изменить сердца тех людей, которые не хотят мира — мы хотим всего лишь: а) предоставить возможность справедливости и братства между народами той многочисленной группе людей, которая этого желает, и для которой отсутствие нейтрального языка, религиозной и нравственной основы до сих пор делало такое братство невозможным; б) сформулировать (и при помощи совместного общения постоянно совершенствовать) принципы, которыми смогут руководствоваться те люди, которые в сердце своём чувствуют необходимость равенства и братства между народами, но которые постоянно грешат против этих принципов из-за недостаточного их осознания и отсутствия определённой программы.Рациональные доводы Л. де Бофрона пробудили у многих французов интерес к эсперанто. Среди них был и Эмиль Пелтье (1870–1909), священник прихода Сент-Радегон, недалеко от Тура. В 1901 г. Пелтье начал изучать эсперанто, а когда через год французский эсперантист Анри Ору предложил ему организовать католическую эсперантистскую организацию, Пелтье принял это предложение. Вместе с Ору он подготовил устав и начал поиск единомышленников, а Рене Франсуа, архиепископ Тура, дал разрешение на создание ассоциации:
В ответ на вашу просьбу оценить начинание, цель которого объединение католиков всех национальностей с помощью вспомогательного языка, именуемого эсперанто. Я охотно одобряю сей проект, который, как мне кажется, будет благоприятствовать распространению Евангелия и единению народов.Таким образом, в декабре 1902 г. возникло общество “Католическая Надежда” (Espero Katolika). Пелтье и Ору удалось собрать около 80 человек, но среди них не нашлось никого, кто согласился бы возложить на себя какие-либо обязанности. Из-за этого потерпела неудачу попытка зарегистрировать организацию в соответствии с французскими законами. В 1903 г. Пелтье и Ору решили временно оставить идею об обществе ради журнала, который служил бы для создания “международной связи между католиками”. Его первый номер вышел в октябре 1903 г. под тем же названием “Католическая Надежда”. Ору взял на себя редактирование газеты, а Пелтье стал её администратором. Но уже спустя четыре месяца в феврале 1904 г. Ору оставил пост редактора, вероятно из-за своей склонности к “не вполне правильным языковым формам”, которая вызвала немало критики.
С этого времени на плечи Пелтье легла вся работа: редактирование, финансы, переписка с подписчиками и реклама. При всём этом Пелтье должен был продолжать выполнять обязанности священника, доходов же от 300 подписчиков (1904 г.) не хватало для покрытия расходов на набор, печать и рассылку. Кроме того, его здоровье пошатнулось.
Но Пелтье продолжал трудиться с неослабевающим оптимизмом ради воплощения своих идеалов.
Первый Всемирный Конгресс Эсперанто придал новый импульс его работе. Мысль о братстве между людьми не только разных национальностей, но и разных вероисповеданий овладела им и побудила его к экуменической деятельности.
В январе 1906 г. вышло в свет его “Открытое письмо всем христианским священникам”:
Мне кажется, что первый шаг, который следует совершить — это объединение христианских конфессий. Существует множество убеждений, молитв и чаяний, присущих всем христианам. Причина раскола — лишь несколько разногласий, оставшихся в далёком прошлом.Пелтье призвал всех христианских священников-эсперантистов объединиться для поиска пути к “всемирному братству”. Это вызвало отчасти положительную, но в основном скептическую реакцию.Не думаете ли вы, что пришло время, когда можно с душой, свободной от когда-то волновавших её страстей, мирно, по-братски обсудить эти разногласия? Разве не достойно удивления и сожаления то, что последователи Того, кто завещал нам любить друг друга, продолжают жить во взаимной ненависти из-за вражды возникшей несколько столетий назад!
“Нетрудно провести дружеское обсуждение среди священнослужителей различных конфессий”, — считал французский священник Рекен, — “но гораздо труднее преодолеть догматическую непримиримость”. Англиканский пастор Джон Сиприан Раст, в принципе соглашаясь с мнением Пелтье, опасался, что сотрудничество между католическими и протестантскими эсперантистами повредит репутации эсперанто в обеих Церквях.
Хотя, возможно, Пелтье действительно недооценивал межконфессиональные различия, задача воплощения его идей остаётся актуальной и по сей день.
1906 г. является годом первого папского благословения католического движения эсперанто. 2 июля 1906 г., во время частной аудиенции, римский священник Луиджи Джамбене передал Папе Пию X все изданные к тому времени номера журнала “Католическая Надежда” и “Краткий молитвослов для католиков” де Бофрона. Вскоре он получил из Ватикана письмо, датированное 27 июня, подписанное монсиньором Джованни Бресаном:
На меня возложена почётная обязанность сообщить вам, что Его Святейшество доброжелательно и с большим одобрением соблаговолил принять номера журнала “Католическая Надежда”, которые со смирением были представлены Ему от имени Эмиля Пелтье. Да соблаговолит Ваше Преосвященство довести до сведения вышеназванного священника выражение папской любви и Апостольское благословение ему и членам редакции журнала.С 28 августа по 2 сентября 1906 г. в Женеве проходил второй Всемирный Конгресс Эсперанто. Испанский пастор Антонио Гинар отслужил на эсперанто мессу, во время которой Пелтье, с разрешения главного викария Женевы, прочёл с видимым волнением проповедь на эсперанто.
Но
это был, к сожалению, последний Конгресс,
в котором Пелтье смог участвовать. Болезнь
всё больше мучила его, и “Католическая
Надежда” стала выходить с большим опозданием.
“Его нравственные и духовные силы — но,
к сожалению, не физические — были просто
огромны и исходили из глубокой веры в Бога,
поддерживая достойные восхищения, смелость
и выдержку Пелтье”, — писал Нико Хун в
своей “Истории Международного Католичесткого
Союза Эсперантистов”.
Только в начале августа 1908 г., когда журнал перестал выходить, нашлись желающие взять на себя работу Пелтье. 24-летний Клаудиус Кола стал новым главным редактором, а английский аббат Остин Ричардсон взял на себя обязанности администратора. В начале 1909 г. вновь вышел номер “Католической Надежды”, причём со статьёй Пелтье, который нарушил предписание врачей, рекомендовавших ему полный покой, и вновь взялся за работу. Вскоре Пелтье совершил паломничество в Лурд и молил Пресвятую Деву “даровать ему выздоровление, либо позволить умереть вблизи святыни”.
Это свершилось — он скончался в возрасте 38 лет 17-го февраля 1909 г. в Лурде. “Он вложил свой драгоценный журнал в наши руки, как умирающая мать оставляет своё любимое дитя на попечение близких друзей”, — писал К. Кола в “Католической Надежде” в марте 1909 г.
Через год после смерти Пелтье, в апреле 1910 г. в Париже состоялся первый Католический Конгресс Эсперантистов, на котором был основан Международный Католический Союз Эсперантистов — ИКУЭ (Internacia Katolika Unuiĝo Esperantista — IKUE). В последующие годы новая ассоциация успешно развивалась. Ежегодно проходили конгрессы ИКУЭ: в 1911 г. в Гааге, в 1912 г. в Будапеште, а в 1913 г. в Риме. “Католическая Надежда” выходила ежемесячно.
В августе 1914 г. должен был состояться 5-й конгресс ИКУЭ в Лурде. Подготовка шла по плану. В “Католической Надежде” ирландский священник Патрик Паркер “с превеликим удовольствием” сообщил о том, что папа благословил конгресс. Но внезапно разразилась Первая Мировая Война. Конгресс не состоялся. Его главный организатор К. Кола был призван на военную службу и 11 сентября 1914 г. в возрасте 29 лет погиб в сражении у Марны. “Католическая Надежда” во время войны не выходила, прекратилась и другая деятельность ИКУЭ.
Как и католики, протестанты основали свой журнал ещё до создания ассоциации. И здесь похожим образом обязанности редактора и администратора газеты легли на плечи одного человека. Хюбнер в течение долгого времени выполнял эту работу, приняв на себя и финансовые издержки. К концу 1908 г. Хюбнер смог найти лишь чуть более 80 подписчиков из 12 стран, и с января 1909 г. стал издавать журнал с более кратким названием “Царство Божье” (Dia Regno). Под этим названием он выходит до сих пор.
На седьмом Всемирном Конгрессе в Антверпене 25 августа 1911 г. состоялось собрание эсперантистов-протестантов, на котором было единодушно принято предложение основать международную ассоциацию. В течение нескольких месяцев велась оживлённая переписка по вопросу устава и наименования. В конце концов, было решено назвать ассоциацию Христианская Лига Эсперантистов — КЭЛ (Kristana Esperantista Ligo — KEL). В 1923 г. название было изменено на Международную Христианскую Лигу Эсперантистов — КЭЛИ (Kristana Esperantista Ligo Internacia — KELI). И хотя лига официально основана была лишь 24 августа на Всемирном Конгрессе в Берне, где Пауль Хюбнер был избран президентом, всё же датой своего рождения КЭЛИ считает 25 августа 1911 г.
Важным событием для эсперантистов всех конфессий стало издание в 1912 г. Нового Завета на эсперанто. Ещё в 1909 г. комитет под руководством уже упомянутого англиканского пастора Раста (1850–1927) начал работу, и через три года вышел первый эсперантский перевод “Нового Завета Господа нашего Иисуса Христа”. Первое издание тиражом пять тысяч экземпляров было распродано за несколько месяцев.
КЭЛ успешно продолжала свою деятельность. Сотрудничество с ИМКА по организации курсов эсперанто оказалось очень успешным. В начале 1914 г. Центральный Комитет ИМКА официально рекомендовал “распространять эсперанто во всех организациях ИМКА”. На 10-м Всемирном Конгрессе Эсперанто в Париже должно было состояться собрание КЭЛ и встреча с парижскими представителями ИМКА. Но, к сожалению, как и конгрессу ИКУЭ в Лурде, парижскому конгрессу не суждено было состояться. Аналогично ”Католической Надежде", выпуск “Царства Божьего” был временно приостановлен. Первая Мировая Война прервала деятельность христиан-эсперантистов.
В нейтральной Швейцарии, в женевской штаб-квартире Всемирной Эсперанто-Ассоциации (УЭА), была создана служба пересылки корреспонденции семей, члены которых проживали во враждующих странах. “Инициатор” эсперанто, Людвик Заменгоф, скончался от сердечного приступа 17 апреля 1917 г. в Варшаве.
Достаточно сложно найти информацию о деятельности христиан-эсперантистов во время Первой Мировой Войны, хотя из “Истории эсперанто” Эдмона Прива, известно, что Всемирный Комитет ИМКА распространил миллион учебников эсперанто среди военнопленных в разных странах. В 1917 г. католики-пацифисты основали Международную Лигу за Мир “Белый Крест”, которая использовала эсперанто для международных контактов.
С 1920 г. возобновился выпуск “Католической Надежды” и “Царства Божьего”, появились новые организации и периодические издания христиан-эсперантистов. Особого упоминания заслуживает “Католический Интернационал” (ИКА), основанный немецким священником Максом Йозефом Метцгером (1887–1944), известным пацифистом и одним из пионеров экуменизма, впоследствии мученически погибшим. Хотя ИКА появилась на Всемирном Конгрессе Эсперанто в Гааге (1920), в её названии отсутствует слово “эсперанто”, так как ассоциация обращалась и к католикам, не владеющим эсперанто и, возможно, даже не желающим изучать его. С 1921 по 1924 гг. Метцгер издавал в Граце (Австрия) эсперантскую газету “Католический Мир” (Katolika Mondo).
Осенью 1926 г. в Лондоне вышла в свет Библия на эсперанто (без второканонических книг). Перевод Ветхого Завета с древнееврейского Заменгоф завершил ещё в марте 1915 г. Однако, вместо того чтобы послать рукопись для её издания в Библейский Комитет в Великобритании, он смог лишь написать по-французски его президенту Расту о возникших затруднениях:
К сожалению, в настоящее время я не могу выслать вам перевод, т.к. наша почта на время войны прекратила пересылку всей корреспонденции на языке эсперанто. Следовательно, я должен дождаться окончания войны.Поэтому только после войны, спустя два года после смерти Заменгофа, перевод Библии попал в Британию, где с 1919 по 1926 гг. Библейский Комитет занимался его прочтением, исправлением, проверкой лингвистического соответствия текстов Нового и Ветхого Завета, набору и считке корректуры. Сёстры Присцилла (1833–1931) и Альгерина Пековер (1841–1927) оказали необходимую финансовую помощь. За пять лет было распродано более пяти тысяч экземпляров Библии на эсперанто. Перевод получил высокую оценку со стороны христиан всех конфессий за его ясность и точность. “Лондонская Библия” и поныне переиздаётся с небольшими исправлениями. В 1992 г. в Бразилии вышел новый перевод четырёх новозаветных Евангелий, сделанный голландским пастором Герритом Бервелингом, а в 1997 г. был издан компакт-диск с полной канонической Библией на эсперанто, включая второканонические книги.
Если в 1920-х годах успехи и разочарования сменяли друг друга, 1930-е годы были периодом неудач и катастроф.
В 1931 г. каталонский священник Хуан Фонт Гиральт был избран президентом ИКУЭ, а в начале следующего года стал редактором “Католической Надежды”, но уже в конце 1934 г. в связи с его болезнью редактирование журнала было передано голландским активистам ИКУЭ. В 1936 г. разразилась гражданская война в Испании, в ходе которой десять тысяч христиан были убиты за свои религиозные убеждения. Сам Гиральт был жестоко казнён: 17 августа ему отрубили руки, а затем сожгли.
Вернёмся к протестантскому движению. В 1932 г., после длительного перерыва, вышел журнал “Царство Божье” вновь под редакцией Хюбнера, который в течение 20 лет был вынужден ограничивать свою деятельность в КЭЛИ по причинам как личного, так и профессионального характера, а также в связи с финансовыми проблемами.
В 1930-е годы эсперантское движение в Нидерландах процветало, принося пользу КЭЛИ и ИКУЭ, но значительно хуже было положение в Германии, где в 1933 г. к власти пришёл Гитлер. Известно, к сожалению, что многие немецкие христиане поначалу благосклонно отнеслись к нацизму. Так и Хюбнер в апрельском номере “Царства Божьего” за 1933 г. извещал зарубежных членов КЭЛИ, что “волна атеизма остановлена и христианство спасено”.
Ещё в 1936 г. Хюбнер с надеждой писал, что “несомненно, через некоторое время, власти в Германии признают ценность эсперанто и снова окажут поддержку движению”.
Но для такого оптимизма не существовало никаких оснований. В феврале 1936 г. Мартин Борман подписал следующий декрет:
В связи с тем, что создание международного смешанного языка противоречит основополагающим принципам национал-социализма и, в конце концов, может служить лишь интересам надгосударственных сил, заместитель Фюрера запрещает всем членам партии и членам организаций, подведомствевенных партии, участие во всякого рода объединениях, связанных с искусственным языком.20 июня 1936 г. глава гестапо, Генрих Гиммлер, предписал эсперантистским организациям в Германии самораспуститься под угрозой принудительной ликвидации. Тогда же в Германии была запрещена и всякая деятельность КЭЛИ и ИКУЭ. КЭЛИ переместила свою деятельность в Нидерланды и Швецию. Большинство немецких эсперантистов подчинилось новым указам, но Хюбнер продолжал писать статьи для “Царства Божьего”, подписываясь с января 1938 г. инициалами “N.N.”
В конце 1930-х гг. “Католическая Надежда” и “Царство Божье” выходили в Нидерландах, но после начала войны они потеряли подписчиков в воюющих странах. Февральский номер “Католической Надежды” 1940 г. был последним за военный период. 10 мая 1940 г. немецкие войска оккупировали Нидерланды. В феврале 1941 г. вышел последний номер “Царства Божьего”, так как в марте «всё движение эсперантистов в Нидерландах было запрещено как “еврейское дело”». Однако деятельность христиан-эсперантистов во время Второй Мировой Войны прекратилась не полностью. С 1941 по 1945 гг. шведская секция КЭЛИ распространила семь выпусков “Царства Божьего”, но лишь малая часть из них нашла своих получателей.
В странах, подчинённых Гитлеру и Сталину, эсперантисты стали жертвами правящих режимов. В Германии многие из них были арестованы и сосланы в концентрационные лагеря за участие в эсперантском и пацифистском движении, или как лица еврейского происхождения.
Жертвами нацизма стали все дети Заменгофа. Они были арестованы уже в январе 1940 г. Его единственный сын Адам вскоре был расстрелян, а дочери София и Лидия в 1942 г. отправлены в Треблинку, где были убиты: одна в августе, а другая в октябре того же года. Макс Йозеф Метцгер был арестован в 1943 г. и приговорён к смерти по обвинению в “пораженчестве”. 17 апреля 1944 г. он был обезглавлен.
Советский диктатор Сталин считал подозрительным всякого человека, имеющего зарубежные контакты, а к этому разряду людей относились все эсперантисты. Во время “Большой Чистки”, проведённой в 1937–38 гг., погибло согласно различным оценкам от двух до тридцати тысяч эсперантистов. Жертвами сталинского режима стали такие известные писатели-эсперантисты и интерлингвисты, как Владимир Варанкин (1902–1938) и Эрнест Дрезен (1892–1937).
Вскоре протестантские эсперантисты осуществили свой давний замысел — летом 1948 г. они провели в Тостарпе (Швеция) первый конгресс КЭЛИ (До этого их собрания проходили только на Всемирных Конгрессах Эсперанто.) Первый самостоятельно проведённый форум оказался удачным во всех отношениях.
“На Европу, ещё страдающую от тысячи не залеченных ран, такое тесное совместное пребывание христиан из семи стран, говорящих на одном языке … произвело незабываемое впечатление”, — написал Хенк де Хог. С той поры конгрессы КЭЛИ проходят почти ежегодно.
После одиннадцатилетнего перерыва в 1950 г. состоялся 22-й Конгресс ИКУЭ. Уже в третий раз (до этого в 1913 и 1935 гг.) он проходил в Риме.
В Восточной Европе ситуация оставалась очень сложной. Под нажимом Сталина здесь установились коммунистические режимы, которым как эсперанто так и христианство были одинаково ненавистны, что вдвойне затрудняло деятельность ИКУЭ и КЭЛИ. Во время “холодной войны” контакты с западными странами, где находились штаб-квартиры ИКУЭ и КЭЛИ, были нежелательны. Правительства сателлитов Советского Союза старались направить интересы граждан к “истинно мировому языку” т.е. к русскому. Например, в ГДР с 1949 г. по 1965 г. эсперантисты не имели права создавать организации и заниматься пропагандой языка. Позже деятельность эсперантистов стала возможна, но только в рамках определённых структур, не предусматривающих сотрудничества с ИКУЭ и КЭЛИ.
Чуть более благоприятной была ситуация в Польше, где в 1957 г. правительство разрешило доступ в страну “Католической Надежды” (хотя оставались трудности с переводом подписной платы за границу). Но более тесное сотрудничество между христианами-эсперантистами Западной и Восточной Европы ещё долго оставалось невозможным, и неудивительно, что в 1950–60-х гг. все конгрессы ИКУЭ и КЭЛИ проходили в западных странах.
В июле 1966 г., после Второго Ватиканского собора (1962–1965), на котором Католическая Церковь выразила готовность к экуменическому сотрудничеству, ИКУЭ приняло решение пригласить КЭЛИ на первый совместный конгресс.
После оживленной дискуссии 29-й конгресс КЭЛИ, состоявшийся в 1967 г. (Торре Пеличе, Италия), принял это приглашение. Первый Экуменический Конгресс Эсперанто принял в 1968 г. Лимбург (ФРГ). Одновременно проводились 32-й Конгресс ИКУЭ и 21-й Конгресс КЭЛИ.
В том же году события “Пражской Весны” подтолкнули чешских членов ИКУЭ и адептов гуситской религии пригласить Экуменический Конгресс Эсперанто в Чехословакию. Он должен был состояться в 1970 г. в Брно. Но после вторжения советских войск начался “процесс нормализации” и за шесть недель до конгресса его проведение было запрещено министерством культуры и министерством иностранных дел. Конгресс переехал в австрийский Клагенфурт, но лишь немногим из заранее заявившихся восточноевропейских участников удалось своевременно получить австрийскую визу.
Оставалось ещё одно начинание чешских членов ИКУЭ — Католические Эсперанто-Лагеря, основанные в 1969 г. Чтобы не афишировать их религиозный характер, официальное название было иным: “Эсперанто-лагеря свободного времени”. Несколько лет там собиралась католическая молодёжь Чехословакии и некоторых других стран: Польши, Венгрии, Нидерландов и Италии. Но в июле 1977 г. в лагерь ворвалась полиция и арестовала организаторов встреч Милослава Швачека и Войтеха Срна. Вскоре чешская секция ИКУЭ была ликвидирована.
По-прежнему несколько лучше дела обстояли в Польше, где летом 1977 г. состоялся 37-й конгресс ИКУЭ. Впервые форум такого рода прошёл в социалистической стране, причём до сих пор он считается самым крупным в истории ИКУЭ — более 700 участников. До падения “железного занавеса” встречи католиков запада и востока на конгрессах ИКУЭ ещё дважды проходили в социалистических странах: в 1978 г. (Варна) и в 1987 г. (Ченстохова).
Гибель тоталитарных режимов дала христианам-эсперантистам Восточной Европы долгожданную свободу. 19 мая 1990 г., после почти 13 лет запрета, возобновила работу чешская секция ИКУЭ и, благодаря руководству Милослава Швачека, она стала одной из самых активных секций ИКУЭ. Были воссозданы секции ИКУЭ в Румынии и Литве.
Нынешняя деятельность ИКУЭ и КЭЛИ отмечена стабильностью и последовательностью. С 1961 г. по 2000 г. президентом КЭЛИ был немецкий пастор Адольф Буркхард (кроме периода с 1975 по 1981 гг.), а летом 2000 г. его сменил Жак Тейндер (Нидерланды). На руководящий пост в ИКУЭ с 1979 по 1995 гг. избирался итальянский священник Джулио Маньяни из Римини, обязанности которого в дальнейшем перешли к Антонио де Сальво.
В 1995 г. впервые за один год состоялись два конгресса ИКУЭ — 48-й в Оломоуце (Чехия) и 49-й в рамках 11-го Экуменического Конгресса Эсперанто в Каунасе (Литва). В этом же году у ИКУЭ появилась собственная штаб-квартира в Риме, где в настоящее время располагается и редакция “Католической Надежды”.
10 августа 1996 г. католическая молодёжь Бельгии, Германии, Словакии, Чехии и Венгрии на 15-м Католическом Эсперанто-Лагере в Себранице основала молодёжную организацию “Молодёжь ИКУЭ” — ИКУЭЙ (IKUE-Junularo — IKUEJ). Её цели изложены следующим образом:
Немецкий “Церковный и теологический словарь” (1931) завершал статью об эсперанто словами: “Папы, начиная с Пия X (а также многочисленные кардиналы и епископы) приветствовали и поддерживали движение эсперанто”. И, действительно, в XX веке все папы проявляли свою благосклонность и одобряли деятельность католических эсперантистов.
В 1930-е гг. на первой странице “Католической Надежды” появилась надпись: “Удостоен апостольского благословения Папы Пия Х 27 июня 1906 г., Папы Бенедикта XV 20 августа 1920 г. и Папы Пия XI 11 октября 1924 г.” Эти и другие благословения были опубликованы в соответствующих номерах “Католической Надежды”.
Пий Х посылал свое благословение “Католической Надежде” и всем католикам-эсперантистам ежегодно с 1906 г. вплоть до своей смерти в 1914 г. Кроме того, во время некоторых аудиенций он высказывался об эсперанто. Например, 4 апреля 1909 г. во время аудиенции с братом Исидором (в миру Карел Кле), пионером движения эсперанто и директором Церковного института для слепых в Брюсселе, Его Святейшество сказал: “Эсперанто ожидает большое будущее”.
Известны и другие высказывания Пия Х и других пап об эсперанто, опубликованные уже после смерти того или иного папы, однако их подлинность не задокументирована, хотя они, в различных вариантах, неоднократно публиковались как в католической, так и в светской эсперантской печати. Так, например, Пию Х приписывается фраза: “Я вижу в языке эсперанто ценное средство для поддержания связи между католиками всего мира”.
В то время как благосклонность Святого Пия Х к эсперантистам позволяет считать, что это высказывание верно отражает его взгляд на эсперанто, вызывает определённые сомнения подлинность цитаты, приписываемой Пию XII:
Я предрекаю эсперанто в будущей цивилизации место подобное месту латыни в средние века.19 мая 1964 г. Павел VI принял нескольких членов Правления ИКУЭ. По словам тогдашнего президента ИКУЭ, бельгийского священника Альфонса Бекерса
Папа проявил живой интерес к католическому движению эсперанто. Он признал его необходимость и полезность и подчеркнул, что намерен поддержать начинание, которое делает возможным взаимопонимание между народами, приближая наступление мира и гармонии.Павлу VI принадлежит самое первое из высказываний пап об эсперанто, опубликованное в ватиканской газете “L’ Osservatore Romano”. В Святой Год 1975 в Риме проходил 36-й Конгресс ИКУЭ. В официальной речи на площади Святого Петра 13 августа 1975 г. Павел VI, представляя различные религиозные группы, обратился к присутствующим на площади с такими словами:
Ещё одна международная группа, которую мне предстоит представить особым образом, это участники Международного католического конгресса эсперантистов. Посмотрите, у них в руках флаг зелёного цвета, олицетворяющий собой символ надежды, это — эсперантисты!Затем он обратился к участникам этого конгресса:
Нам не хотелось бы закончить эту часть встречи, не адресовав приветствия и добрые пожелания участникам 36-го Международного конгресса католиков-эсперантистов. К вашим особым культурным целям вы решили добавить ноту утончённой религиозности, и тем самым погрузиться в дух нашего юбилея, который свидетельствует всем людям доброй воли о религиозном обращении и обновлении и обретении связи с любвеобильным и всепрощающим Богом. Пусть этот дух руководит вами в вашем стремлении установить братство и взаимопонимание между разноязычными народами, на благо которых направлена ваша программа. Таково наше искреннее пожелание, которое приобретает ещё большую ценность благодаря нашему апостольскому благословению, ниспосылаемому по милосердию всемилостивого Бога.Двумя годами позже состоялся уже упомянутый ранее 37-й конгресс ИКУЭ в Ченстохове, прошедший под патронатом Карола Войтылы, будущего папы Иоанна Павла II.
В своём приветствии конгрессу он отмечал:
Как Иисус Христос молился о единстве своих апостолов (Иоан. 17,11), так и я от имени Церкви возношу о вас особую молитву. Пусть единая вера и единая любовь поможет вам объединить раздробленный мир в единую паству под водительством одного Пастыря. Да послужит этой благородной цели единый наднациональный язык — эсперанто.По специальному разрешению Павла VI, Войтыла намеревался отслужить мессу на эсперанто, но, к сожалению, ему не удалось осуществить это намерение. В назначенное для мессы время он должен был участвовать в погребении познаньского архиепископа Антония Бараняка.
После избрания Карола Войтылы папой прошло почти 13 лет, прежде чем он, уже как Иоанн Павел II, стал первым папой, публично говорившим на эсперанто. 14 августа 1991 г. на 6-м Всемирном Дне Молодёжи в Ченстохове он обратился со следующим приветствием на международном языке более чем к миллиону собравшихся молодых христиан:
Mi donas ankaŭ en Esperanto bonvenan saluton al la junaj pilgrimantoj el la tuta mondo en ĉi tiu tago de universala frateco, kiu vidas nin unuigitajn kiel filojn de unu sama Patro en la nomo de Kristo, vero de la homo.На следующий день он вновь обратился с приветствием на разных языках к молодёжи, собравшейся в Ченстохове. На эсперанто он произнёс следующие слова:(Я обращаюсь и на эсперанто к молодым паломникам, приехавшим со всего света, в этот день всеобщего братства, когда мы объединены как дети единого Отца во имя Истины всех людей — Иисуса Христа.)
Karegaj junuloj! La sperto de kredo, travivita ĉe la piedoj de la “Nigra Madono”, restu neforigeble gravurita en viaj koroj. Sanktega Maria akompanu vin!
(Дорогие юные друзья! Опыт веры, пережитый у подножия “Чёрной Мадонны” да останется незабвенно начертанным в ваших сердцах. Пусть Святая Мария сопутствует вам!)Через два года, летом 1993 г. Иоанн Павел II направил своё апостольское благословение Всемирному Конгрессу Эсперанто в Валенсии (Испания):
Его Святейшество сердечно приветствует организаторов и участников 78-го Всемирного Конгресса Эсперанто, проходящего в Валенсии, и призывает их смело продолжать своё достойное уважения дело по созданию общества, где будет царить единство и взаимопонимание.
Святой Отец призывает участников, представляющих здесь различные государства, культуры и вероисповедания, но говорящих на общем языке, демонстрировать на таких встречах дух братства, который без ущемления чьих-либо прав, должен царить между всеми людьми, как членами одной большой семьи детей единого Бога, и укреплять личное и коллективное осознание себя, как творцов счастья в своём семейном кругу и в обществе.3-го апреля 1994 г. Иоанн Павел II впервые произнёс своё пасхальное послание перед традиционным благословением “Городу и Миру” также и на эсперанто, пожелав “Счастливой Пасхи в Воскресшем Господе Иисусе Христе”.Вместе с этими пожеланиями и призывами Божественного заступничества, Его Святейшество с радостью посылает своё Апостольское Благословение конгрессу и его участникам.
В том же году последовало на эсперанто пожелание “Благословенного Рождества и преуспевания в Новом Году”.
В дальнейшем Святой Отец ежегодно повторяет эти приветствия на эсперанто.
С 31 августа по 7 сентября 1997 г. в Риме и Римини проходил юбилейный 50-й конгресс ИКУЭ под девизом “Итак идите, научите все народы!” На площади Святого Петра 3-го сентября 1997 г. Иоанн Павел II обратился к участникам на эсперанто:
Я рад приветствовать руководителей Международного Католического Союза Эсперантистов, которые принимают участие в своём 50-м конгрессе. Дорогие друзья, ваше собрание вновь поднимает миссионерскую задачу, которую Христос доверил своей Церкви. Примите этот щедрый дар с тем духом всеобщности, на котором зиждется язык, развитием которого вы занимаетесь.
11 января 1992 г. ИКУЭ был признан декретом Папского Совета по делам мирян как международная ассоциация верующих. В этом документе Совет высоко оценил уставные цели и задачи ИКУЭ, такие как “создание христианских организаций, публикации и обмен мнениями, благотворительная и экуменическая деятельность”.
Ещё одно свидетельство признания важности эсперанто — использование этого языка в передачах радио Ватикана, имеющих большое практическое значение для католиков-эсперантистов.
Существуют ли отрицательные отзывы Ватикана об эсперанто?
Действительно, некоторые газетные статьи свидетельствуют об этом. Например, Немецкое Католическое Агентство Новостей (KNA) сообщало 2 февраля 1995 г:
Сначала в Католической Церкви имелось предубеждение против эсперанто. В частности, автор эсперанто подозревался в причастии к масонству.Газета “Christ in der Gegenwart” 24 сентября 1995 г., рассказывая об издании “Meslibro” на эсперанто, отметила, что “Ватиканская Комиссия по вопросам Культа и Таинств должна была преодолеть значительное противостояние, прежде чем было принято решение о возможности перевода на эсперанто последования Римского Богослужения”.
Из самой “Meslibro” можно узнать, о каком противостоянии идёт речь. На её первых страницах помещён документ под названием “Правила совершения Мессы на языке эсперанто” от 20 марта 1990 г. В нём приводится ссылка на циркуляр “Decem iam annos” от 5 июня 1976 г., означавший в то время шаг назад для движения эсперантистов-католиков. Согласно этому циркуляру “язык эсперанто не содержит необходимых качеств, чтобы рассматривать его как литургический язык, используемый обычным образом в литургической практике, так как он не является разговорным языком какой-либо нации”.
Что касается подозрения о причастности Заменгофа к масонству, стоит упомянуть, во-первых, исследование французского историка Андре Шерпиля, пришедшего в 1997 г. к выводу, что это предположение, скорее всего, безосновательно; во-вторых, что, франкмасонство с точки зрения католической церкви несомненно заслуживает уважения; и, наконец, что эсперанто является языком во всех отношениях нейтральным и не связанным с каким-либо особым мировоззрением.
Так же как многие папы, Святой Максимилиан Колбэ многократно выражал своё благосклонное отношение к эсперанто. В 1937 г. он призывал студентов францисканской семинарии в Непокалануве изучать этот язык, говоря, что “ваше участие в движении эсперанто угодно Пречистой Деве”.
Рассматривая вопрос об отношении епископов и кардиналов к эсперанто, можно привести сотни приветствий по случаю различных мероприятий христиан-эсперантистов. Когда ИКУЭ проводит конгресс в странах с развитым католическим эсперантским движением, таких как Чехия, Италия или Польша, обычно один или несколько епископов лично посещают конгресс, чтобы приветствовать участников, оценить их деятельность и совершить совместную мессу.
В некоторых странах, например, в Чехии (1991 г.) и в Словакии (1993 г.) Епископская Конференция признала национальные секции ИКУЭ в качестве церковных организаций мирян. В других странах, например, в Германии, такое признание состоялось, по крайней мере, в тех епархиях, где активно действуют члены ИКУЭ.
Некоторые епископы сами владеют эсперанто и часто совершают литургию на этом языке. Например, епископ Эйзенштадта (Австрия) Пауль Ибю уже много лет говорит на эсперанто и является членом ИКУЭ. Пражский архиепископ, кардинал Милослав Влк в студенческом возрасте быстро изучил эсперанто и, будучи молодым священником, побывал в католических эсперанто-лагерях. Во время конгресса ИКУЭ в Оломоуце он служил мессу на эсперанто. В своей проповеди он отмечал:
Я всегда чувствовал, что преимущество эсперантистов заключается не только в языке. Я узнал на собственном опыте, что этот язык даёт нечто большее, чем простое понимание друг друга. Он приносит чувство общности, единства и взаимопонимания. И на евангельском уровне и для нашей Церкви это несёт в себе глубокий смысл, ибо помогает не только общению, но свидетельствует о непосредственном присутствии Христа среди нас. Христос пришёл, чтобы донести до людей присутствие Бога, в этом и явлен промысел Божий. Это и есть рай. И та радость, которую вы испытываете в во время своих встреч, воистину есть отблеск рая.Епископ чешского города Градец-Кралове, Карел Отченашек, также часто посещает эсперантские мероприятия, призывая их участников продолжать деятельность, направленную на углубление взаимопонимания.
В своих высказываниях об эсперанто руководители Церкви признают, что этот язык способствует взаимопониманию народов и сближению верующих. В вопросе же о необходимости конкретных действий в отношении мировой и церковной языковой политики они более осторожны.
Шаг вперёд в этом направлении сделал румынский епископ Дьёрдь Якубини. Якубини родился в 1946 г. в румынском городе Сигетул-Мармацией, население которого состояло из румын, венгров, украинцев и евреев. В этом разнообразии языков и культур, напоминающем Белосток вековой давности, Якубини уже в 13-летнем возрасте изучил эсперанто. Позже он обучал этому языку своих студентов, когда с 1972 по 1992 гг. преподавал богословие в высшей богословской школе Альба Юлия.
В 1991 г. в Ватикане проходило заседание первого Специального Синода по делам Европы, где Якубини выступил в пользу эсперанто как нового языка церковного богослужения. Немецкое Агентство KNA сообщило об этом таким образом:
Ватикан. Политические перевороты в Европе изменили и состав группы синхронного перевода в конференц-зале, где в прошедший четверг состоялось заседание Специального Синода по делам Европы. «“Родной язык” церкви, латинский, больше не предлагается и заменяется русским», — так секретарь Синода отреагировал на тот факт, что среди 200 участников ассамблеи было много представителей сферы влияния русского языка. Помощник епископа из Румынии Дьёрдь Якубини (Альба Юлия) внёс свой вклад в синодальное обсуждение языковой темы, предложив заменить латинский язык, используемый ныне далеко не так активно, как прежде, на международный язык эсперанто. Латынь, аргументировал Якубини, была литургическим языком только в Западной Церкви. “Языковому империализму”, посредством которого великие нации стремятся навязать малым народам вместе со своими языками свои культуры и мировоззрения, необходимо противопоставить сознательно созданный международный язык, за которым не стоит никакая нация.В 1994 г. Якубини стал главным епископом епархии с полумиллионным католическим населением, из которого 95% составляли венгры. В октябре 1999 г. он рассказал на Втором Европейском Синоде о Конференции Епископов Румынии, где “в какой-то мере отражена Европа” разнообразием обрядов (латинский, греко-католический, армянский) и языков (румынский, венгерский, немецкий). Епископ заявил: “Мне не хотелось бы идеализировать состояние нынешнего сотрудничества, ибо везде есть трудности”, и вновь предложил эсперанто как средство для решения языковых проблем. Якубини многократно повторял свою речь перед различной аудиторией, например, на Германских Католических Ярмарок в Дрездене (1994) и Гамбурге (2000).
Если эти предложения будут услышаны и рассмотрены, могут оказаться пророческими слова польского кардинала Стефана Вышиньски, сказанные им в 1974 г. тогдашнему президенту ИКУЭ Джулио Маньяни:
Второй Ватиканский Собор отмечен кризисом латинского языка… На следующем Соборе будут говорить на эсперанто.
Годом позже (2 февраля 1975 г.) немецкое информационное агентство КНА, сославшись на Дж.Маньяни, распространило ещё одну версию этого высказывания кардинала Вышиньски: “На Первом Ватиканском Соборе говорили по-латыни, на втором — на всех языках, а на Третьем — если он когда-нибудь состоится — будут говорить на эсперанто”.